Концепт «гражданской обороны» в массовом сознании (на примере студентов/жителей конкретных регионов)

Аннотация

В массовом сознании жителей Центральной России концепт гражданской обороны предстает как динамичная многоуровневая ментальная структура, интегрирующая когнитивные представления, эмоционально-оценочные установки и поведенческие паттерны, содержание которой радикально трансформировалось от интегральной составляющей повседневности советского периода, поддерживаемой систематическими учениями и наглядной агитацией, к маргинализированному феномену постсоветской эпохи, особенно выраженному в сознании молодого поколения. Ассоциативные поля демонстрируют контрастные конфигурации: у студентов преобладают визуально-стереотипные реакции, заимствованные из массовой культуры (противогаз, бомбоубежище, сирена, война, МЧС), тогда как у представителей старших возрастных групп доминируют функционально-деятельностные элементы (защита населения, учения, эвакуация, оповещение, помощь), что отражает различия в исторической памяти, медийных образах и практическом опыте взаимодействия с системой. Количественные показатели осведомленности выявляют устойчивое межпоколенческое снижение когнитивного компонента – от 67,1% верных ответов у респондентов 46-65 лет до 36,2% у студентов 18-25 лет, с максимальными разрывами по знаниям расположения укрытий (36,2 п.п.) и порядка действий при химическом заражении (43,2 п.п.), при этом единственным сопоставимым параметром остается осведомленность о номерах экстренных служб, обусловленная цифровой грамотностью. Эмоционально-оценочный компонент характеризуется выраженной деперсонализацией у молодежи (разрыв между государственной и личной значимостью 1,23 балла по шкале Лайкерта), тенденцией к восприятию гражданской обороны как советского пережитка (средний балл 3,12) и патерналистской ориентацией (3,67 балла по утверждению об исключительной ответственности государства), коррелирующими отрицательно с уровнем знаний. Поведенческий компонент фиксирует крайне низкую самооценку готовности к действиям в чрезвычайных ситуациях (в среднем 19,3%), минимальное участие в учениях и добровольных формированиях (10,2%), при этом региональная дифференциация (лидерство Тульской области благодаря оборонно-промышленному комплексу и опасным производствам) уступает по значимости возрастным и образовательным факторам. Анализ каналов формирования представлений подчеркивает решающую роль систематического организованного обучения в образовательных учреждениях и на предприятиях по сравнению с фрагментарным влиянием интернета, художественных фильмов и личного опыта. Кластерный анализ позволяет выделить три устойчивых типа концепта – архаичный (преобладающий среди 43% студентов), функциональный (характерный для старших когорт) и патерналистский, – иллюстрирующих различные модели включенности в систему безопасности. Полученные данные свидетельствуют о системной утрате межпоколенческой передачи знаний и мотивации, обусловливающей необходимость качественного преобразования образовательных практик в направлении практико-ориентированного моделирования, актуализации современных угроз включая гибридные и информационные, а также усиления средового фактора для формирования адекватного концепта гражданской обороны как основы культуры безопасности жизнедеятельности в условиях возрастающих рисков.