Статья посвящена переосмыслению траектории китайско-российского сотрудничества в фортепианном образовании на фоне доминирования в массовом сегменте КНР модели, ориентированной на квалификационные экзамены, и актуализации гуманистических принципов российской пианистической школы, основанных на интонировании, развитии слуха и формировании художественного образа. На материале сравнительно-сопоставительного анализа педагогических практик и пятилетнего лонгитюдного наблюдения (2018–2023) в крупных образовательных центрах Китая и России с участием 1250 учащихся, студентов, педагогов и родителей сопоставляются две стратегии обучения: экзаменационная и ориентированная на интерес. Количественные показатели мотивации демонстрируют фундаментальную дивергенцию: при экзаменационном подходе доминируют внешние стимулы (8,74 из 10) и мотивация избегания неудачи (7,92) при низкой внутренней вовлеченности (3,15), тогда как интерес-ориентированная модель характеризуется высокой внутренней мотивацией (7,89), более выраженным познавательным интересом (6,72) и стремлением к выступлениям (7,12). Экспертная «слепая» оценка исполнения выявляет, что превосходство экзаменационной группы в технической стабильности (89,4 против 82,1) и ритмической дисциплине (91,2 против 85,6) сопровождается системным дефицитом выразительности (54,3 против 81,9), качества звукоизвлечения (68,7 против 84,3) и стилевого понимания (61,5 против 77,4). Динамика сохранения контингента подтверждает различия в устойчивости образовательного эффекта: через пять лет остаются 28,93% обучающихся в экзаменационной модели и 71,05% – в интерес-ориентированной. Опрос родителей фиксирует конфликт между удовлетворенностью формальными результатами (0,89) и низкой оценкой психологического состояния ребенка (0,41) при высокой тревожности (0,82) в экзаменационной группе, тогда как гуманизированная стратегия связана с психологическим комфортом (0,93), большей самостоятельностью домашних занятий (0,81) и высокой готовностью рекомендовать школу (0,91). Обосновывается перспективность гибридной модели, сочетающей дисциплинарный ресурс китайской традиции с ценностно-художественными механизмами российской школы, что повышает долговременную мотивационную устойчивость и качество интерпретации без отказа от профессиональных стандартов.
The article is devoted to rethinking the trajectory of Chinese-Russian cooperation in piano education against the backdrop of the dominance in the mass segment of the PRC of a model oriented toward qualification exams and the actualization of the humanistic principles of the Russian pianistic school, based on intonation, ear development, and artistic image formation. Drawing on a comparative analysis of pedagogical practices and a five-year longitudinal observation (2018-2023) in major educational centers in China and Russia involving 1250 pupils, students, teachers, and parents, two teaching strategies are juxtaposed: the exam-oriented and the interest-oriented. Quantitative motivation indicators demonstrate a fundamental divergence: under the exam approach, external stimuli dominate (8.74 out of 10) along with motivation to avoid failure (7.92) amid low internal engagement (3.15), whereas the interest-oriented model features high internal motivation (7.89), more pronounced cognitive interest (6.72), and a drive for performances (7.12). Expert «blind» evaluation of performances reveals that the exam group’s superiority in technical stability (89.4 versus 82.1) and rhythmic discipline (91.2 versus 85.6) is accompanied by a systemic deficit in expressiveness (54.3 versus 81.9), sound extraction quality (68.7 versus 84.3), and stylistic understanding (61.5 versus 77.4). Retention dynamics confirm differences in educational effect sustainability: after five years, 28,93% of learners remain in the exam model and 71,05% in the interest-oriented one. Parental surveys highlight a conflict between satisfaction with formal results (0.89) and low rating of the child’s psychological state (0.41) amid high anxiety (0.82) in the exam group, whereas the humanistic strategy correlates with psychological comfort (0.93), greater independence in home practice (0.81), and high willingness to recommend the school (0.91). The viability of a hybrid model is substantiated, integrating the disciplinary resources of the Chinese tradition with the value-artistic mechanisms of the Russian school, thereby enhancing long-term motivational sustainability and interpretive quality without forgoing professional standards.